Типы привязанности: надежный, тревожный, избегающий, дезорганизованный

Типы привязанности в психологии — четыре модели близости: надежный, тревожный, избегающий и дезорганизованный, который у взрослых часто называют тревожно-избегающим. Такая модель складывается в первые годы жизни из опыта с близким человеком и затем проявляется в отношениях: в том, как мы ищем поддержки, доверяем партнеру и переносим разлуку.

В этой статье:

• Какие типы привязанности выделяют психологи и почему у четвертого типа три разных имени
• Как надежный, тревожный и избегающий типы проявляются в паре
• Чем научный опросник отличается от онлайн-теста
• Можно ли изменить свой тип и что об этом говорят долгие наблюдения

Что такое тип привязанности и откуда он берется

Тип привязанности в психологии — эмоциональная модель ожиданий из детства: откликнется ли близкий человек, когда страшно, и безопасно ли к нему тянуться. Автор теории привязанности называл такие ожидания внутренними рабочими моделями: одна описывает себя, другая описывает окружающих. В англоязычных работах чаще говорят о стиле привязанности; по-русски оба названия используют как синонимы.

Джон Боулби, британский психиатр и психоаналитик, считал связь с матерью первичной потребностью, которая не сводится к кормлению. Классический психоанализ объяснял привязанность младенца удовлетворением телесных нужд. Боулби учился психоанализу под супервизией Мелани Кляйн и разошелся с ней в главном: Кляйн объясняла переживания ребенка его фантазиями о матери, Боулби искал причины в реальной истории отношений. В 1951 году он подготовил для Всемирной организации здравоохранения доклад «Maternal Care and Mental Health» о детях, разлученных с близкими. Затем вышли три его книги о привязанности, разлуке и утрате: 1969, 1973 и 1980 годов.

Привязанность в этой теории означает систему поведения, которая удерживает ребенка рядом со взрослым в минуту опасности. У взрослых она включается похожим образом: при стрессе, болезни, угрозе разрыва человек тянется к тому, кому доверяет.

Проверить идеи Боулби на наблюдениях взялась Мэри Эйнсворт (американо-канадский психолог). Она разработала методику «Незнакомая ситуация». Процедура длится около 20 минут и состоит из восьми эпизодов: мать с годовалым ребенком приходит в незнакомую комнату, дважды уходит и оставляет малыша с чужим человеком или одного, потом возвращается. Исследователей интересует прежде всего встреча после разлуки: по ней и были выделены первые типы привязанности.

Какие бывают типы привязанности и как их различают

Какие бывают типы привязанности, определяют две шкалы: насколько человек тревожится, что его отвергнут, и насколько избегает близости и зависимости. Эти шкалы в 1998 году выделили Келли Бреннан, Кэтрин Кларк и Филлип Шейвер: они свели в один факторный анализ почти все существовавшие опросники о привязанности у взрослых, и из 60 подшкал разных авторов проступили два общих измерения. На их основе был построен Experiences in Close Relationships (ECR) — опросник для изучения стиля привязанности у взрослых людей. 

Четыре типа привязанности образуют углы квадрата из двух шкал: тревоги за отношения и избегания близости.

Квадрат удобен как карта, но деление на клетки условно. Шкалы непрерывны, поэтому человек с баллами у середины обеих шкал стоит ближе к границе соседних типов, чем к центру своего. На этом и строится разговор о пределах типологии в конце статьи.

Надежный тип привязанности: как выглядит безопасная близость

Надежный тип привязанности, его еще называют безопасным, означает, что человек выдерживает и близость, и дистанцию и сохраняет доверие к партнеру. В «Незнакомой ситуации» такие дети используют мать как надежную базу: пока она рядом, исследуют комнату, при разлуке расстраиваются, а при встрече ищут контакт, успокаиваются и возвращаются к игре.

Признаки надежного типа привязанности: человеку комфортно опираться на партнера, он не живет в страхе, что его бросят, и прямо говорит о потребностях. Эти признаки соответствуют низким баллам по обеим шкалам опросника ECR. Одно из его утверждений звучит так: мне очень комфортно быть близким с партнером.

Надежно привязанный человек тоже злится и расстраивается. Разница в том, что в стрессе он обращается за поддержкой к близкому человеку и ждет, что ее получит. Марио Микулинсер и Филлип Шейвер называют это первичной стратегией привязанности: искать утешения у того, кто доступен и откликается.

Из всех типов привязанности этот встречается чаще остальных. В первой выборке «Незнакомой ситуации» надежно привязанными были около 70% годовалых детей. Мета-анализ 1988 года по 32 выборкам из восьми стран показал, что надежный тип преобладает в каждой из этих стран.

Тревожный, избегающий и дезорганизованный типы

Ненадежных типов привязанности три: тревожный, избегающий и дезорганизованный, и в основе каждого — попытка ребенка удержать рядом взрослого. Каждая стратегия подстраивается под то, как взрослый откликался: непредсказуемо, холодно или пугающе. Тревожную и избегающую стратегии Микулинсер и Шейвер относят к вторичным: к ним человек прибегает, когда просьба о поддержке не срабатывает.

Тревожный тип

Тревожный тип привязанности в отношениях держится на гиперактивации: человек следит за признаками охлаждения и усиливает попытки сблизиться, когда партнер отдаляется. Признаки тревожного типа: настороженность к любым сигналам недоступности, цепляние и контроль, склонность преувеличивать угрозу.

Исследователи связывают тревожный тип привязанности с непредсказуемой заботой, когда взрослый откликается через раз.

Цепляние и контроль близки к тому, что психологи называют слиянием с партнером: граница между «я» и «ты» размывается, собственные желания растворяются в общих.

Избегающий тип

Избегающий тип привязанности опирается на деактивацию: человек держит эмоциональную дистанцию, полагается только на себя и приглушает потребность в поддержке. Дети этой группы в «Незнакомой ситуации» редко плачут при разлуке и при встрече избегают мать или вовсе ее не замечают.

Внешнее спокойствие оказалось обманчивым: более поздние работы фиксировали у таких детей учащенный пульс во время разлуки. Этот тип привязанности Эйнсворт связывала с матерями, которые отвергали попытки ребенка прижаться и неохотно шли на телесный контакт.

В отношениях у взрослых деактивация выглядит как подчеркнутая самостоятельность. Просить о помощи неловко, разговор о чувствах хочется свернуть, а среди утверждений опросника ECR, которые описывают избегание, есть и такое: я предпочитаю не показывать партнеру, что чувствую в глубине души.

Дезорганизованный тип

Мэйн и Хессе связали дезорганизованный тип привязанности с ситуацией, когда взрослый одновременно утешает и пугает ребенка. Малыш оказывается в неразрешимой дилемме: тот, к кому нужно бежать за защитой, сам вызывает страх.

Дезорганизованную группу выделили Мэри Мэйн и Джудит Соломон в 1986 и 1990 годах. Часть детей в «Незнакомой ситуации» не укладывалась ни в одну из трех прежних групп: их поведение выглядело противоречивым и дезориентированным. Мета-анализ Шанталь Сир и коллег 2010 года показал, что дезорганизованная привязанность заметно чаще встречается у детей, переживших жестокое обращение, и у детей из семей, где накопилось несколько социально-экономических рисков.

У взрослых по устройству к этому типу привязанности ближе всего боязливый тип из взрослой модели 1991 года: высокая тревога сочетается с высоким избеганием.

Типы привязанности в паре: кто преследует, кто отстраняется

В 1987 году Синди Хазан и Филипп Шейвер описали типы привязанности в отношениях через те же три стратегии, что у младенцев. Они напечатали в газете Rocky Mountain News анкету о любви и разобрали первые 620 ответов: надежными себя описали 56% участников, избегающими 25%, тревожно-амбивалентными 19%. Надежные рассказывали об отношениях как о счастливых, дружеских и доверительных. Тревожыыные постоянно беспокоились, любит ли их партнер. Избегающие признавались, что боятся близости. Эта работа стала одной из первых, где идеи Боулби применили к романтическим отношениям взрослых.

В паре стратегии двух людей встречаются и начинают влиять друг на друга. В эмоционально-фокусированной терапии Сью Джонсон конфликт пары описывают как цикл: один партнер преследует, другой отстраняется, и каждый шаг усиливает ответный. Позиция в цикле связана с типом привязанности. Преследующий обычно действует из тревоги и добивается ответа; отстраняющийся гасит напряжение дистанцией, и партнер читает ее как холодность.

Ненадежный тип у одного из партнеров не приговаривает пару: поддержка второго партнера смягчает тревогу и избегание, по данным Симпсона и Оверолл. В обзоре 2014 года авторы пишут, что у ненадежно привязанных людей отношения в среднем менее счастливые и стабильные, но многое зависит от того, как ведет себя партнер. В их исследованиях избегающий человек меньше злился и меньше отстранялся в споре, когда партнер смягчал требования, признавал его точку зрения и отмечал его сильные стороны.

Сколько типов привязанности: три, четыре или больше

Сколько типов привязанности существует, зависит от модели: Мэри Эйнсворт описала три, Мэри Мэйн и Джудит Соломон добавили четвертый, дезорганизованный. Для взрослых типы привязанности считают иначе, чем для детей. Сначала на пары перенесли три детских типа, затем появилась четырехчастная модель для взрослых, а позже все свели к двум непрерывным шкалам, и спор о числе типов во многом превратился в спор о том, где провести границы на этих шкалах.

Больше четырех типов в научных моделях появляется за счет подгрупп. Еще у Эйнсворт внутри трех основных групп было восемь вариантов поведения.

Вовлеченный тип привязанности

Вовлеченный тип привязанности в русскоязычных текстах обычно означает озабоченный тип Ким Бартоломью: негативный образ себя при позитивном образе других. Ким Бартоломью и Леонард Хоровиц в 1991 году разделили избегание на два типа: отвергающий, при хорошем образе себя, и боязливый, при плохом. Вместе с надежным и озабоченным получились четыре типа взрослой привязанности.

Озабоченный человек сильно хочет эмоциональной близости и так же сильно боится, что его отвергнут. В русскоязычных научных работах эту четверку называют надежным, озабоченным, отвергающим и опасливым типами. Слово «вовлеченный» в популярных статьях используют непоследовательно: чаще для тревожно-озабоченного типа, иногда для надежного.

Почему у четвертого типа три имени

Название тревожно-избегающий в классификации Эйнсворт принадлежало избегающему типу A, поэтому в популярных текстах одно имя досталось двум разным типам. Она относила к тревожным обе ненадежные группы, A и C: отсюда тревожно-избегающий тип A и тревожно-амбивалентный тип C. Сегодня тревожно-избегающим чаще называют боязливый тип взрослых и заодно смешивают его с дезорганизованным типом детей. Амбивалентный же иногда ставят четвертым типом рядом с тревожным, хотя в детской классификации это один и тот же тип C.

Как определить свой тип

Чтобы определить тип привязанности, психологи используют опросник ECR: 36 утверждений показывают положение человека на двух шкалах — тревоги и избегания. Утверждения отобрали из пула в 323 пункта по тому, насколько тесно они связаны с каждой из двух шкал. Пересмотренная версия, ECR-R, вышла в 2000 году. На русскоязычной выборке ее адаптировали К. А. Чистопольская, С. Н. Ениколопов и коллеги в 2015 году.

Для отношений с конкретными людьми существует отдельная версия, ECR-RS: она измеряет привязанность к матери, отцу, партнеру и другу по отдельности.

Второй путь ведет через интервью. Взрослое интервью о привязанности, AAI, разработали Мэри Мэйн и коллеги в Беркли. Оно оценивает прежде всего связность, с которой человек рассказывает о своем детстве, и требует обученного интервьюера.

Короткий тест годится как повод задуматься о своих реакциях. Выводы о типе надежнее строить на проверенном опроснике и обсуждать со специалистом, особенно если баллы оказались близки к середине шкал.

Можно ли изменить свой тип

Изменить тип привязанности и стать надежным можно: в исследовании Уотерса от младенчества до взрослого возраста тип сменился у 28% человек. Его группа наблюдала 60 годовалых детей в «Незнакомой ситуации», а через 20 лет нашла и проинтервьюировала 50 из них. У 72% классификация «надежный или ненадежный» сохранилась.

Взрослых, которые описывают трудное детство и все же показывают надежную привязанность, Джейн Пирсон с коллегами в 1994 году назвали заработанно надежными. Детей они воспитывали так же тепло и последовательно, как стабильно надежные родители. Депрессивные симптомы выше клинического порога у них встречались в четыре раза чаще: у 40% против 10%. Гленн Ройсман с соавторами позже проверили эту группу на данных, которые собирали с рождения участников. Многие из тех, кто вспоминал трудное детство, по наблюдениям в детстве получали поддерживающую заботу.

Главное, что следует из этих работ: тип связан с опытом и потому может меняться вместе с ним. Новый опыт дают отношения с партнером, который выдерживает тревогу и дистанцию, и психотерапия. Практические шаги к тому, чтобы сформировать надежную привязанность в отношениях, собраны в отдельной статье.

Где типология привязанности не работает

Тип привязанности не работает как диагноз и не объясняет личности человека: тревога и избегание у взрослых непрерывны, четкой границы между типами нет. Такой вывод дают таксометрические работы Р. Криса Фрейли и коллег: у младенцев в 2003 году, у взрослых в 2015 году. Вот три ситуации, где опора на тип подводит.

1. Результат получен коротким тестом, и баллы близки к середине шкал. Опросник ECR дает два балла, по тревоге и по избеганию; при пограничных значениях ярлык одного типа мало что добавляет к пониманию себя.
2. Человек переживает кризис: развод, утрату, тяжелую болезнь близкого. По тем же данным после тяжелых событий классификация менялась вдвое чаще, 44% против 22%, поэтому оценка в разгар кризиса больше говорит о состоянии, чем о постоянной черте.
3. Выводы строят на чужой культурной норме. В мета-анализе 32 выборок разброс внутри одной страны оказался в 1,5 раза больше, чем между странами. Избегающий тип чаще встречался в Западной Европе, амбивалентный в Израиле и Японии.

Отдельный случай составляют отношения, где есть контроль, унижения или насилие. Здесь разговор о типах привязанности уходит на второй план, сначала нужна безопасность. О том, как выглядит насилие в паре и как из него выйти, рассказывает материал про признаки абьюза.

Как мы проверяли и источники

Статья опирается на первоисточники: работы Боулби, Эйнсворт, Мэйн и Соломон, Хазан и Шейвера, Бартоломью и Хоровица, Бреннан, Кларк и Шейвера. Цифры о распространенности и устойчивости типов взяты из мета-анализов и лонгитюдных работ из списка ниже.

Источники

1. Ainsworth M. D. S. Infant–mother attachment // American Psychologist. 1979. Vol. 34, No. 10. P. 932–937.
2. Ainsworth M. D. S., Blehar M. C., Waters E., Wall S. Patterns of Attachment: A Psychological Study of the Strange Situation. Hillsdale, NJ: Erlbaum, 1978.
3. Bowlby J. Maternal Care and Mental Health. Geneva: World Health Organization, 1951.
4. Main M., Solomon J. Procedures for identifying infants as disorganized/disoriented during the Ainsworth Strange Situation // Attachment in the Preschool Years. Chicago: University of Chicago Press, 1990. P. 121–160.
5. Main M., Hesse E. Parents' unresolved traumatic experiences are related to infant disorganized attachment status // Attachment in the Preschool Years. Chicago: University of Chicago Press, 1990. P. 161–182.
6. Hazan C., Shaver P. R. Romantic love conceptualized as an attachment process // Journal of Personality and Social Psychology. 1987. Vol. 52, No. 3. P. 511–524.
7. Bartholomew K., Horowitz L. M. Attachment styles among young adults: A test of a four-category model // Journal of Personality and Social Psychology. 1991. Vol. 61, No. 2. P. 226–244.
8. Brennan K. A., Clark C. L., Shaver P. R. Self-report measurement of adult romantic attachment: An integrative overview // Attachment Theory and Close Relationships. New York: Guilford Press, 1998. P. 46–76.
9. Fraley R. C., Waller N. G., Brennan K. A. An item response theory analysis of self-report measures of adult attachment // Journal of Personality and Social Psychology. 2000. Vol. 78, No. 2. P. 350–365.
10. Чистопольская К. А., Ениколопов С. Н., Николаев Е. Л., Семикин Г. И., Казанцева В. Н. Адаптация методики «Опыт близких отношений — переработанный опросник» на русскоязычной выборке // Психологическая диагностика. 2015. № 1. С. 6–23.
11. Mikulincer M., Shaver P. R. Attachment in Adulthood: Structure, Dynamics, and Change. New York: Guilford Press, 2007.
12. van IJzendoorn M. H., Kroonenberg P. M. Cross-cultural patterns of attachment: A meta-analysis of the Strange Situation // Child Development. 1988. Vol. 59. P. 147–156.
13. Cyr C., Euser E. M., Bakermans-Kranenburg M. J., van IJzendoorn M. H. Attachment security and disorganization in maltreating and high-risk families: A series of meta-analyses // Development and Psychopathology. 2010. Vol. 22, No. 1. P. 87–108.
14. Waters E., Merrick S., Treboux D., Crowell J., Albersheim L. Attachment security in infancy and early adulthood: A twenty-year longitudinal study // Child Development. 2000. Vol. 71, No. 3. P. 684–689.
15. Pearson J. L., Cohn D. A., Cowan P. A., Cowan C. P. Earned- and continuous-security in adult attachment: Relation to depressive symptomatology and parenting style // Development and Psychopathology. 1994. Vol. 6. P. 359–373.
16. Roisman G. I., Padrón E., Sroufe L. A., Egeland B. Earned-secure attachment status in retrospect and prospect // Child Development. 2002. Vol. 73, No. 4. P. 1204–1219.
17. Simpson J. A., Overall N. C. Partner buffering of attachment insecurity // Current Directions in Psychological Science. 2014. Vol. 23. P. 54–59.
18. Fraley R. C., Spieker S. J. Are infant attachment patterns continuously or categorically distributed? A taxometric analysis of Strange Situation behavior // Developmental Psychology. 2003. Vol. 39. P. 387–404.
19. Fraley R. C., Hudson N. W., Heffernan M. E., Segal N. Are adult attachment styles categorical or dimensional? A taxometric analysis of general and relationship-specific attachment orientations // Journal of Personality and Social Psychology. 2015. Vol. 109, No. 2. P. 354–368.
20. Del Giudice M. Sex differences in romantic attachment: A meta-analysis // Personality and Social Psychology Bulletin. 2011. Vol. 37. P. 193–214.

Ответы на вопросы

Что такое привязанность простыми словами?

Простыми словами, тип привязанности — привычный способ человека искать поддержку у близких и реагировать, когда ее не дают. За ним стоит эмоциональная связь с тем, к кому бежишь в минуту опасности: в детстве это родитель, у взрослых чаще партнер.

Какой тип считают здоровым?

Здоровым, или нормальным, обычно называют надежный тип: у надежно привязанных людей отношения в среднем счастливее и стабильнее. Ненадежный тип при этом описывает стратегию, которая когда-то помогала ребенку сохранить связь со взрослым.

Амбивалентный тип отличается от тревожного?

Нет, это один тип. В детской классификации такой ребенок тревожится, тяжело переживает разлуку, а при встрече и тянется к матери, и сопротивляется контакту: эту двойственность и назвали амбивалентностью. В русских текстах тот же тип называют тревожным, тревожно-амбивалентным или сопротивляющимся.

Тревожно-избегающий тип совпадает с дезорганизованным?

Не совсем. Дезорганизованный тип описан у детей, а тревожно-избегающим сегодня обычно называют боязливый тип взрослых из четырехчастной модели с высокой тревогой и высоким избеганием. По устройству они близки, но измеряются разными методами.

Бывает ли разный тип с разными людьми, например в дружбе?

Бывает. Привязанность измеряют не только в целом, но и отдельно к матери, отцу, партнеру и близкому другу: для этого Фрейли и коллеги в 2011 году сделали опросник ECR-RS. Спокойная опора на друга и тревога в романтической паре вполне могут сочетаться у одного человека.

Отличаются ли типы у женщин и мужчин?

Типы привязанности у женщин и мужчин различаются немного. По данным Марко Дель Джудиче, мужчины в среднем выше по избеганию, женщины по тревоге, но различия малы.

Как тип определяют у ребенка?

С помощью «Незнакомой ситуации»: восемь коротких эпизодов, ребенку около года. Мать дважды уходит и возвращается, а исследователи оценивают, как малыш встречает ее после разлуки.

Кто создал теорию привязанности?

Джон Боулби. Основы он изложил в книгах 1969–1980 годов, а классификацию типов на основе наблюдений за детьми построила Мэри Эйнсворт.