География чувств: что такое топофилия и как мы привязываемся к местам

Место — это не просто дома, площади и парки. Это запах свежескошенной травы, воркование горлиц или крики тропических птиц, звон колоколов к заутрене или призывы муэдзина. Одни локации дарят ощущение дома и уюта, другие вызывают дискомфорт. При этом реакция на одно и то же пространство у разных людей тоже отличается: Лас-Вегас может быть и воплощением свободы, и символом хаоса, а святые места — как источником вдохновения, так и чуждой энергией.

В любом случае пространство не оставляет нас равнодушными — и для этого явления есть название. Топофилия (от греч. topos — место и philia — любовь, приязнь) — это эмоциональная связь между человеком и местом, любовь к пространству, в котором мы живем, путешествуем или в котором просто оказываемся. Топофилия рождается в глубинных, архаических пластах сознания, но при этом опирается на целый ряд внутренних и внешних факторов.

Статья написана географом, культурологом и философом Лавреновой Ольгой Александровной.

В этой статье:

• Откуда берется привязанность к определенным местам
• Почему некоторые места пугают
• Про поиск идентичность и современное кочевничество

И-Фу Туан и гуманистическая география

Топофилия как направление «выросла» из работ И-Фу Туана (1930–2022) — географа с китайскими корнями, перебравшегося в США, которого называют родоначальником гуманистического подхода в этой науке. Его центральный труд под названием «Топофилия: исследование восприятия, установок и ценностей окружающей среды» увидел свет в 1974 году. В нем автор изложил свое видение того, что именно роднит человека с тем или иным местом: почему одни уголки земли мы любим, к другим равнодушны и какими смыслами наделяем то, что нас окружает. По воспоминаниям самого исследователя, зерно этой идеи было брошено более чем за два десятилетия до выхода книги.

Отдельная линия его мысли — разграничение пространства и места, которому посвящена его работа «Пространство и место: перспективы опыта» (1977 г.). Пространство как таковое обезличено, тогда как место соразмерно человеку, а потому пробуждает чувства и делается «своим», прожитым. Любовь к месту, по мысли Туана, вырастает из культуры, истории и личной биографии. Сказываются и особенности самого человека — его физиология, характер, пол и то, сколько ему лет.

Наглядный пример того, как культурное восприятие ландшафта трансформируется со временем — горы. Некогда пугающие, позже они стали воплощением красоты. Вслед за Туаном эта тема была подхвачена другими исследователями. В частности вышла замечательная книга Марджори Николсон «Горы мрачные и горы сияющие». Предпочтения в отношении разных ландшафтов часто интуитивны, мы не всегда способны объяснить их рационально. В современной географической энциклопедии (под ред. Барни Уорфа, 2010 г.) в статье про топофилию выделяются четыре домена, в которых можно категоризировать эмоциональную привязанность или отстраненность человека от физической среды:

• свойства самого места, его природное разнообразие — растительность, животные, насекомые;
• место как познавательный вызов, включающий геометрические формы, сложность ландшафта и возможности для уединения и созерцания;
• привычность — уровень комфорта, возникающий при многократном контакте с одним и тем же или похожим местом;
• склонность человека к синестезииСоединение ощущений разных модальностей (например, когда цвет вызывает ассоциацию с запахом или температурой). — сочетание ощущений зрения, обоняния, текстуры и температуры.

Топофилия связана с эстетизацией места, с его освоенностью, с чувством привычности. Патриотизм рассматривается Туаном как один из вариантов топофилии, несмотря на масштабы страны, хотя это производная не только от любви к родным пенатам, но и от идеологии и воспитательной стратегии.

Топофилия и топофобия: два полюса отношения к пространству

Топофилия предполагает привязанность к определенным местам, но спектр этих переживаний широк. Эмоции могут быть и отрицательными: на противоположном полюсе возникает отвращение или страх по отношению к определенным локациям. Так появился термин топофобия.

В психологии и психиатрии фобия — это иррациональный неконтролируемый страх, но когда мы говорим о топофобии, то имеем дело с чувством, корни которого скрываются в опыте или стереотипах конкретного человека. Большое значение имеют и исходные качества среды и ее воздействие на психику. То, что это воздействие может сильно различаться от места к месту в пределах одной и той же природно-климатической зоны, со сходным рельефом и растительностью, замечают многие путешественники.

Например, известный русский путешественник В. К. Арсеньев, автор книги об охотнике-гольде Дерсу Узала, писал: «Иногда случается, что горы и лес имеют привлекательный и веселый вид. Так, кажется, и остался бы среди них навсегда. Иногда, наоборот, горы кажутся угрюмыми, дикими. И странное дело! Чувство это не бывает личным, субъективным, оно всегда является общим для всех людей в отряде».

Топофилия и топофобия — это не просто противоположные эмоции, эти понятия позволяют концептуализировать отношения человека с пространством через призму телесного присутствия, душевной привязанности и экзистенциального поиска «собственного места в мире». Туан рассматривает разные варианты страха, в том числе детские страхи. Во многих своих исследованиях он намечает путь, по которому идут современные ученые. Проблематика «страшных мест» и их значения в становлении личности, например, хорошо описана в книге М. В. Осориной «Секретный мир детей в пространстве мира взрослых». «Страшные места» для детей и подростков — своеобразные инициатические пространства, они не только внушают вполне обоснованный страх, но и манят. В них устремляются, чтобы испытать себя, чаще всего мальчики-подростки. Хотя и среди взрослых сейчас стала популярной практика «городских разведчиков», исследующих заброшенные строения.

От теории к практике: где можно «играть на чувствах»

Эмоциональное отношение к месту, возможность конструировать равно как свойства среды, так и параметры восприятия — все это используется в самых разных областях. Это важно для архитекторов, урбанистов, ландшафтных дизайнеров и всех, кто проектирует пространства для людей. Сейчас уже подробно исследованы гендерная и возрастная психология восприятия пространства, механизмы которых используются в прикладных исследованиях по организации детских игровых центров и площадок, гериатрических пансионатов, мегамаркетов и т. п. Исследуются формы, цвет (особенно в детских площадках), запах. Например, в магазинах искусственно нагнетается запах хлеба — архаически наиболее приятный запах для человека, который помогает расслабиться и снять блок на трату денег.

Топофилия тесно связана с понятием привязанности к месту. Это глубокие эмоциональные и социальные связи, которые люди выстраивают со своим окружением, и они становятся частью нашей идентичности. Если точнее — территориальной идентичности, осознания себя через принадлежность к определенному месту. Топофилия здесь выступает как эмоциональная основа этой идентичности, своеобразный «цемент», который скрепляет человека и территорию.

Топофилия в современном мире: вызовы и перспективы

Сегодня города растут, люди мигрируют, традиционные связи с местом размываются. Философы пишут о так называемом «номадическом субъекте»Философское понятие (восходит к Р. Брайдотти и Делезу/Гваттари), описывающее человека эпохи мобильности как лишенного жесткой привязки к одному месту, постоянно меняющего среду и идентичность. — вечном кочевнике как в переносном, так и в прямом смысле. Понимание того, как формируется любовь к месту, дает надежду, что все еще есть возможность разрабатывать программы по сохранению культурного ландшафта и исторической памяти через приязнь и любовь к месту. Топофилия — это история о том, как пространство становится местом, а место — домом.