"Бессознательное влечение, осознанный выбор"
Секретариат:
+7(495) 782-34-43
Приемная комиссия:
+7(495) 933-26-83
+7(499) 249-20-00
ЗАКАЗАТЬ ЗВОНОК
x
x

Ваше сообщение отправлено.Мы свяжемся с вами в ближайшее время!

Написать письмо Расписание
мероприятий
x
x

Ваше сообщение отправлено.Мы свяжемся с вами в ближайшее время!

ПОДПИСАТЬСЯ НА
РАССЫЛКУ
x

Шубка для амебы: история терапевтического случая

"Что мне дала психотерапия? Я научилась не быть пассивной героиней чьей-то чужой истории, а создавать свою собственную. Самым сложным было разобраться, что я хочу и что от меня хотят другие. Пытаясь поступать так, как хотелось бы окружающим, я все свои силы потратила на то, чтобы не быть самой собой. Я смотрела на себя со стороны, как будто читала книгу и не могла повлиять на происходящие события. Чтобы вылезти из этого болота мне нужно было обрести возможность действовать, вернуться в реальную жизнь.

Я думаю, психотерапия показала мне подходящую дорогу к этому. Мне было важно увидеть в себе реального человека, который тесно связан с окружающим миром. Я смогла это сделать, начиная с каких-то мелких деталей: что я люблю есть, какие фильмы смотреть, во что одеваться, как проводить время. Осознав, что мне нравится, а что - нет, я стала делать то, что люблю. Но даже просто поняв, какая я, что люблю и чем интересуюсь, я начала чувствовать себя уникальным человеком, который интересен людям и который достоин жить".

Это отрывок из записей моей клиентки. Тот путь, который мы с ней прошли, занял больше двух лет. История нашей работы, как и любая терапия, это история про жизнь и смерть, история потери и поиска себя, история осуществления несбыточного и утраты лелеямого. Она интересна своей узнаваемостью: кто-то найдет в ней себя, кто-то - своих клиентов. Именно поэтому героиня этой истории предложила опубликовать ее: а вдруг это кому-то поможет.

Как любая запись терапевтического случая - это выбор нескольких линий из многообразия терапевтических тем и слоев. И не все из тех, которые представлены здесь, могли быть достаточно полно описаны. Практикующий терапевт, наверняка найдет, еще много интригующих совпадений в событиях истории жизни клиентки и сможет развить интересные ассоциации.

Подбор и анализ материала выполнен с позиции юнгианской терапии, то есть вся динамика терапевтического процесса описана в понятиях юнгианской психологии: Тень, Самость, Персона, Анимус-проекции, родительские комплексы. Типичным для юнгианского подхода являются и представленные здесь способы работы с бессознательным - анализ сновидений и активное воображение - и способы переработки материала - свободные ассоциации и амплификация. Однако, без основательной психоаналитической опоры все эти конструкты - весьма непрочное сооружение, поэтому в тексте достаточно много и психоаналитических понятий, отражающих терапевтический способ мышления.

Отметим, что анализ длился с августа 1996 по октябрь 1998 при периодичности 2 раза в неделю (последние полгода - 1 раз в неделю). Общее количество сессий - 171.

Ну что же, давайте знакомиться с героиней истории: Саша, 1972 года рождения (24 года), единственный ребенок в семье. Аспирантка технического вуза.
История жизни

Мать Саши родилась и выросла на Украине, в полной семье. Ее родители познакомились и поженились на фронте. По специальности она преподаватель химии.

Отец Саши - единственный ребенок в семье. Он вырос без отца, так как отец ушел на войну и не вернулся к своей жене после ее окончания. По специальности отец инженер.

Родители познакомились в туристической поездке. Матери нравилось, что отец бросил ради нее свою подругу, что он старше ее на 9 лет и что он из Москвы. Она любила кого-то другого, но вышла замуж за него и переехала жить в Москву.
В начале брака родители жили с матерью отца. Когда Саше было 3 года их семья переехала в собственную квартиру, но Саша часто оставалась у бабушки.
Брак родителей не был счастливым. Отец любил мать, но она отталкивала его.

Постоянно была раздражена на отца, часто устраивала скандалы. Отец с трудом выносил ее крики. Часто они спали в разных комнатах, а отпуска и выходные дни проводили по отдельности. Мать обвиняла его в изменах.

Отец много времени проводил с дочерью, и эти отношения были для Саши эмоционально и интеллектуально насыщенными. Он и бабушка очень заботились о ее развитии.

В детстве Саша много болела, плохо ела, была медлительной. Все время мерзла. Боялась идти в детский сад и позже - в школу. Боялась, что она будет делать что-то не так, и над ней будут смеяться дети. Перед школой полгода болела ангиной.
Больше дружила с мальчиками, чем с девочками, не любила играть в куклы.
Когда Саше было 11 лет, отец, после очередной ссоры, ушел жить к бабушке с намерением разойтись. Мать восприняла это как катастрофу, свой женский позор, постоянно рыдала и заставляла дочь говорить всем, что папа уехал в командировку.

Вскоре после ухода, у отца обнаружили рак, и он был госпитализирован в больницу. Саша с матерью регулярно посещали его. Мать активно ухаживала за отцом, хотя они продолжали ссориться. На летние каникулы Сашу отправили на Украину, к бабушке по материнской линии. В это время отцу становится хуже, и мать забирает его домой. Саша воспринимает это как восстановление их отношений, они с бабушкой возвращаются в Москву, но не успевают застать его живым, он умер за день до их приезда.

На 10 день после смерти отца бабушка (его мать) покончила жизнь самоубийством. Она повесилась у себя на кухне. Саше объяснили, что она выпила успокоительные таблетки, и у нее не выдержало сердце. Истинную причину смерти Саша узнала уже во взрослом возрасте.

После смерти отца мать все свои эмоции выплескивает на дочь. Говорит, что она отравляет ей жизнь: из-за нее она не может уехать жить в Сибирь, ради нее она не выходит снова замуж. Саша боится ее реакций: неожиданных слез или побоев и убеждена, что отец заболел потому, что мать с ним плохо обращалась.

В Сашины 13 лет неожиданно заболевает мать. У нее обнаруживают мененгоэнцефалит (проявлениями заболевания являются сильные головные боли, нарушения интеллектуальных функций, эмоциональные расстройства - неконтролируемые вспышки гнева). На протяжении трех лет ее часто госпитализируют на длительные сроки. В этот период Саша фактически живет в квартире одна. Она хорошо учится и достаточно легко справляется с одиночеством и вынужденной самостоятельностью. Важной эмоциональной поддержкой для нее является собака. Время, когда мать возвращается из больницы, окрашены сильными эмоциональными вспышками - мать вначале бурно выражает любовь, но через пару дней начинает злиться на дочь по поводу и без него. Не позволяет физически дотрагиваться до себя. Непредсказуема и непоследовательна в своих эмоциональных реакциях, отношения и оценки насыщены "double bind". На бытовые вопросы типа "как сделать то-то или то-то?", отвечает, что либо ты придуриваешься и специально меня доводишь, либо тебе нужно в психбольницу.
Время от времени приезжают бабушка или дедушка со стороны матери из Украины. В один из таких приездов заболевает собака. Пока Саша была в школе, дед отдает ее усыпить. Саше говорят, что собаку отдали охотникам, и ей там лучше. Саша часто видит во сне, что собака возвращается к ней. Однажды она рассказывает свой сон маме, и та сообщает, что собака давно умерла. "Это было хуже, чем смерть папы и бабушки. Будто умерла я сама. Она была со мной в самое тяжелое время и была мне ближе, чем кто-либо из людей".

С этого времени Саша замыкается в себе: "Я обещала себе больше никогда не верить людям и никогда их не любить". Начинает бояться мать - того, что теперь она убьет ее, переезжает от матери в другую комнату. Мечтает уйти из дома и уехать в Австралию. В это время она собирает таблетки и готовится покончить жизнь самоубийством. Но мать находит таблетки и выкидывает их.

Держит слабое ощущение того, что она нужна в школе своим одноклассникам, так как почти все списывают у нее домашнее задание. Состояние ухудшается перед окончанием школы, когда она понимает, что теперь никому не будет нужна ее жизнь и возобновляются страхи перед новым этапом жизни - необходимостью поступления в институт. Мечтает после школы перерезать себе вены. Спасает покупка собаки сразу после выпускного вечера.
В 17 лет начинается дружба с одноклассником (Сергей), в которого Саша постепенно влюбляется: "Он странноватый, похож на меня". Но через 3 года происходит разрыв в отношениях с Сергеем, по его инициативе и без понятных для нее причин. Когда она попыталась прояснить их отношения, он заверил ее в дружеском расположении, но для нее это прозвучало как отвержение. Она сама отказалась от встреч и тяжело переживала эту потерю.

В 21 год Саша знакомится со своим будущим мужем (Денис) и через 8 месяцев выходит замуж. Существенным мотивом в этом замужестве был разрыв отношений с Сергеем. Она была обижена на него, а сама себе казалась старой и страшной.

Важной была возможность уехать от матери. Мать не соглашалась на то, что они просто будут жить вместе, она настаивала на заключении брака. Для нее было важно, что ее дочь "как все" выходит замуж, и что она может передать кому-то необходимость заботиться о ней. Необходимо отметить и существование особого социального контекста этого брака. Это было время резкого падения уровня жизни.

С будущим мужем ей было скучно и не интересно, но он настаивал на ее переезде к нему, так как ему надоело ездить к ней в гости. Решение о браке Саша воспринимала как нечто временное: "Надоест и разведемся". После замужества Саша не стала менять свою фамилию на фамилию мужа.

После окончания Института Саша поступает в аспирантуру. Помимо безусловного интереса к учебе, один из важных мотивов - страх перед будущим, аспирантура продляет учебу и дает ощущение принадлежности к устойчивой внешней структуре. Однако, эти надежды не оправдались, так как обучение в аспирантуре резко отличается от институтского очень свободным режимом. Неожиданно высвободившееся время, отсутствие контроля со стороны научного руководителя, потеря институтских подруг и эмоциональная пустота в отношениях с мужем вызвали ухудшение психического и физического состояния. В начале первого года обучения в аспирантуре Саша начинает обращаться к разным врачам: терапевту, гинекологу, кардиологу, эндокринологу, невропатологу. А в 1996 году (24 года) - приходит на психотерапию.

Причины обращения за терапевтической помощью

Основные жалобы: апатия, сонливость, безжизненность.
В мае 1995 почувствовала ухудшение физического состояния. Болел живот, думали, что внематочная беременность, но ничего не нашли. Потом заболело сердце, кардиолог направил к эндокринологу. С сентября начинает принимать медикаментозные препараты, через месяц происходит отравление ими, но она продолжает принимать их еще в течение месяца. После месячного перерыва - возобновление приема препаратов, но уже в меньшей дозе. Опять ухудшение состояния. Головные боли, острое состояние апатии, сонливость. Спит до 15 часов, не может встать утром погулять с собакой. Состояние ухудшается летом, в связи с нагрузками в аспирантуре - необходимостью сдавать кандидатские экзамены и выступать на конференции. В это время совсем перестала есть. Не может себя такой выносить, мучает отсутствие интереса к чему бы то ни было, ощущение разрыва с жизнью.

Первое впечатление о клиентке

О встрече договаривалась мама. На прием они пришли вместе и почти всю сессию говорила мама. Мое самое сильное впечатление о той беседе - это удивление, когда мама упомянула о том, что Саша замужем. Она совсем не походила на замужнюю женщину, и на ней даже не было обручального кольца. Это была высокая девушка привлекательной внешности, астеничного телосложения. Но держалась она как замкнутый подросток, который наверняка имеет трудности в социальных контактах. Она молча сидела на краешке кресла и когда вставала, то сутулилась, как бы уменьшая свой рост. Говорила она тихим голосом, редко поднимая глаза. В отличии от мамы была одета очень просто, как бы делая себя незаметной.

Мое видение проблемы

Многочисленные травмы развития усилили интровертную ориентацию как способ защиты от внешнего мира. Сформировавшаяся реакция на потери - саморазрушение. Невозможность изменить социальную ситуацию и примириться с ней разрешается через уничтожение себя. Соматизированное депрессивное состояние при обращении на психотерапию - это как способ отказа от жизни, так и способ привлечь к себе внимание и найти с чьей-то помощью иной способ жизни.

Начало терапии

Сразу же после первой встречи Саша отмечает улучшение состояния: она начала есть, впервые за полгода убрала квартиру.

Сон после первой встречи:

Дом бабушки (папиной мамы, где она провела детство). Мы ищем таинственно пропавшую девушку. Нашли аудиокассету, где записан ее дневник. Оказывается, что это не страшная история и дело не в убийстве, как мы думали вначале. Это грустная, печальная история. Девушка умерла от тоски и печали, возможные причины: (1) она одинока, (2) история несчастной любви, (3) нельзя быть с кем-то вместе.

Анализ сна:

Сон был рассказан в конце сессии, и мы не работали с ним. Но для меня он имеет важное значение: (1) Это клиентская версия заболевания, его причин. (2) Сообщение мне: не искать убийцу, не искать виноватого в ее состоянии. Это очень важное для меня послание, так как в дальнейшем именно эта тема разыгрывалась в наших трансферентных отношениях. (3) Сон предлагает способ излечения, способ "найти пропавшую девушку" - узнать ее настоящую историю из первых рук. (4) Сон показывает наличие рабочего альянса - мы вместе ищем пропавшую девушку, я - ее союзник в этом поиске.

Первый этап терапии. Сентябрь 1996 - ноябрь 1996 ( 1 - 21 сессия).

Первый этап работы был посвящен восстановлению истории жизни и прояснению отношений со значимыми близкими.

С первых же сессий возникла тема страха перед социальным миром и необходимостью взаимодействия с ним. Она развертывалась в ее детских воспоминаниях и описании актуального состояния. Основной лейтмотив: "Страшно жить, хочется забиться под одеяло и не вылазить от туда". Она была диссоциациирована от социального мира и собственного тела: "организм не чувствует, когда встать, когда есть, когда спать". Спасительной, но несбыточной мечтой казались мамины объятия, желание, чтобы она посадила на колени и успокоила.

Детские воспоминания раскручивали историю жизни как клубок ниток. Последовательно всплывали воспоминания о потерях в ее жизни. О многих она рассказывала впервые и каждый раз после этого ей становилось легче. Потеря интереса к внешнему миру сменялась интересом к внутреннему миру. Она постепенно обживала его, двигаясь в более безопасное для себя прошлое. Безопасное - в том смысле, что не требующее сейчас от нее никаких действий, никаких социальных контактов, никаких решений и перемен.

История жизни обретала внутреннюю логику и в то же время начинала выглядеть как история заболевания. Ее душевная смерть казалась естественной конечной точкой и тем тупиком, куда она пришла в своем развитии и где должны были быть найдены другие способы жизни. Позитивные воспоминания о тех временах, когда ей было интересно жить, интересно познавать этот мир усиливали стремление выбраться из кризиса.

Нащупать способы выхода из болезненного состояния мы смогли, когда прояснили ее отношения со значимыми близкими. Понимание того, "кто они (в моей жизни)?", позволили ответить на вопрос: "кто я такая?".
Мать

Отношения с мамой противоречивы. Саша очень нуждается в ее заботе, особенно в эмоциональном тепле которого ей всегда не хватало. В детстве, когда она тряслась по утрам от холода и страха, мама вместо объятий сажала ее на грелку. Точно также сейчас она дает ей не эмоциональную поддержку, а заботу о ее питании, одежде, здоровье. Во всех этих вопросах мама выступает экспертом, она определяет, что Саше действительно нужно. Покупки каких-либо вещей они делают только вместе, и маме легко уговорить Сашу на ту вещь, которая ей не нравится, но которая "полезна".

Таким образом, мама не только определяет, задает потребности дочери, но во многом берет на себя функцию организации социальных контактов, то есть определяет ее отношения с внутренним и внешним миром. Более того, мама определяет, что является нормальным или ненормальным (в самочувствии, желаниях, отношениях, поведении дочери и т.д.). Когда Саша жалуется ей, что они с мужем совсем перестали разговаривать, мама говорит, что это нормально, все супруги так живут. Когда Саша жалуется на то, что у нее болит сердце, мама говорит, что у таких молодых этого не может быть и она просто хочет, чтобы ее пожалели. Любое проявление грусти у Саши мама считает ненормальным и начинает кричать, что у дочери нет поводов быть несчастной и она специально издевается над ней.

Поскольку некоторые вещи мама действительно знает лучше в силу своего опыта и умения поддерживать социальные контакты, Саша часто сомневается в нормальности или истинности своих желаний и намерений, испытывает дезориентацию в отношениях с самой собой.

Также ее часто сбивает с толку мамина непоследовательность и противоречивость во мнениях и поступках. Любое Сашино увлечение (занятия музыкой, фотографией, отношения с Сергеем) мама вначале поддерживает, но очень скоро занятия дочери начинают ее раздражать, и она начинает критиковать и обесценивать их. Так же бывает и с принятием важных решений. Когда заболела собака, мама поставила дедушке ультиматум: "Или я, или она", но позже она говорила: "Зачем вы меня слушали, мало ли что я говорила больная". Таким образом, при всем уважении к маминому мнению, часто Саша теряется в том, насколько оно безусловно для нее самой.

Наиболее болезненными отношения с мамой становятся тогда, когда Саша плохо себя чувствует. Мама не выносит ее грустного выражения лица, отгоняет от себя, обвиняет ее в своих заболеваниях. Саша чувствует себя виноватой перед мамой, а ее считает глубоко несчастной женщиной. Со времен госпитализации матери осталось убеждение: "если я буду ее расстраивать, мама может умереть".

Отец

Образ отца исключительно позитивен. Главное в его отношении к дочери - уважение: "Я чувствовала себя с ним человеком". Когда она жаловалась на проблемы в школе, он старался поддержать ее в том, чтобы справиться самостоятельно.

Они часто гуляли вдвоем, ходили на лыжах. Особенно теплое воспоминание - отпуск вдвоем на море, когда ей было 9 лет. Он с доверием оставлял ее по вечерам одну в номере, а иногда водил по ночному городу. С мамой это было бы невозможно.

Они одинаково любили природу и животных, часто приносили животных домой. Однажды умер хомяк. В это время Саша спала и не знала об этом. Папа поймал в подъезде мышь и заменил ею хомяка, чтобы не расстраивать Сашу.

Бабушка (папина мама)

Очень значимый для Саши человек. Всегда была уверена в том, что бабушка любит ее. Особенно отмечает в бабушке спокойность, ровность в обращении, высокую культуру речи. В отношениях с ней та никогда не повышала голос, не ругалась и не наказывала. Она просто расстраивалась.

В целом, семья бабушки и отца - это источник значимых ценностей: саморазвития, интеллекта, нравственности.

Собака

Обе собаки - умершая и настоящая - очень значимы для Саши. Это островки безусловной надежности и преданности в мире, где ни на кого нельзя положиться, где самые дорогие люди неожиданно уходят и оставляют ее.

По мнению Саши, нынешняя собака очень повлияла на нее. Когда ее покупали, Саша хотела вырастить собаку злой, не любящей людей, но ничего не получилось, и собака была так доверчива, что наоборот, заставила Сашу изменить свое отношение к людям и вновь полюбить их.

Денис

Когда они познакомились, он вызывал у нее жалость, так как накануне его оставила жена с ребенком. Он первый увидел в Саше женщину и ей было интересно познакомиться с собственной сексуальностью. Она была уверена, что он любит ее и испытывала чувство вины за то, что не любит его.
В отношениях с ним привлекало то, что он вел себя с ней совсем не так, как мать: он не кричал на нее, был снисходителен к тому, что она была не очень успешна в быту и до него можно было дотронуться. Но в его отношении к ней совсем не было уважения. Он вел себя с ней так, будто она ребенок или неполноценная: если она чем-то была недовольна или сердилась на него, он ничего не обсуждал с ней, а просто покупал ей сладости. Считает, что она совсем не знает жизни и витает в облаках. Любое ее мнение или увлечение выставляет как глупое, унижает.
У них очень разные интересы: он совсем не любит гулять, любит сидеть дома, смотреть фильмы или ковыряться с дачей и машиной.

Сергей

Главное в отношениях с Сергеем - ощущение внутреннего родства, близости интересов. Они много времени проводили вместе: рядом жили, учились в одном институте, гуляли с собаками. Они понимали друг друга с полуслова, он угадывал ее желания. Самый значимый эпизод отношений - как он грел ее руки зимой, когда она мерзла. По ее воспоминаниям, его отношение к ней не было только дружеским, но они даже никогда не целовались, и она не была уверена в собственных ощущениях.

Мое видение проблемы (развитие представлений)
Негативный материнский комплекс: клиентка не дает ей прямых негативных оценок, но предоставляет только негативный материал. Незавершенная сепарация в отношениях с матерью, симбиотическая зависимость от нее. Отсюда размытая или ложная идентичность.

Позитивный отцовский комплекс. Отношения с ним осознаются как "духовный брак". Вытесняются негативные чувства по поводу того, что он ушел из жизни и оставил ее во власти матери. Расщепление отцовского образа проявляется в отношении с мужчинами: Сергей воплощает позитивную Анимус-проекцию, несет в себе духовные ценности отцовской семьи, Денис - негативная Анимус-проекция.

Развитие терапии на первом этапе

Тема мужа появилась в терапии очень поздно. Она долго вообще не упоминала о нем, как если бы не была замужем. Когда я привлекла ее внимание к этому, она отметила только, что он не кричит на нее так, как мама. Это звучало как: "здесь все хорошо, сюда ходить не надо". Однако со временем она сама стала связывать отношения с мужем и свое состояние. Она говорила про свою нелюбовь к квартире мужа: ей там всегда хуже, чем дома. Она для нее холодная, неживая. Она расположена в таком месте, где совсем нет природы, где невозможно гулять с собакой, кругом дороги и машины. Это звучало как метафора их неживых отношений.

Точно также, достаточно поздно, она упомянула о Сергее. Ей было трудно про это говорить, она боялась моего осуждения, но моя поддерживающая реакция позволила ей рассказать историю их отношений и признаться в том, что он ей часто снится и ей хорошо после этих снов. Оказалось, что он иногда звонит ей по разным делам и сохраняет дружеское отношение к ней.

В определенный момент ей стало лучше, ушла апатия и сонливость, но возникли другие чувства - возбудимость и тревожность. Ее ужасала однообразность и ограниченность ее жизни. Она вспоминала, что точно также было в феврале этого года: "я проснулась, увидела весь ужас своей жизни и отключилась снова". Похожее состояние было и перед заболеванием: ее раздражали привычки мужа, она часто ломала в доме бытовую технику, электроприборы, от злости разбивала телефон. Иногда она бросала что-нибудь в мужа. Очевидно, что все эти агрессивные чувства, не принимаемые мужем всерьез, обратились против себя. И сейчас она снова столкнулась с той же проблемой, которая тогда оказалась для нее не разрешимой. Она увидела свой брак как западню, ловушку, из которой нет выхода. Она говорила: "Я все пытаюсь вспомнить, зачем я вышла замуж?" И понимала, что это была реакция на разрыв с Сергеем: "Мне все еще иногда кажется, что он позвонит, и весь этот кошмар кончится". Впервые зазвучала тема развода.

Работа с рисунком

Когда она в очередной раз говорила о своем страхе, я попросила ее нарисовать это состояние. Она изобразила спрута на фоне спирали, который пожирает, всасывает в себя город: дома, деревья, облака. Спрут в центре листа, части города - по периметру.

Ее ассоциации на тему рисунка:

"Спрут забирает энергию, которую я не готова взять, иначе отправила бы ее не туда, а именно: бросила бы аспирантуру, мужа и пошла работать.Разрушила бы старый мир. Я боюсь своей возможной активности, не знаю, что бы сделала с ней. Чувствую беспомощность и бессилие".

Мои ассоциации и анализ:

Спрут заштрихован, похож на черное солнце - образ негативной Самости. Вспоминается детская сказка про украденное солнце как утрата связи с Самостью. Интенсивность прорисовки спрута показывает, что он как теневой персонаж содержит много энергии. Спираль закручена по часовой стрелке, что может отражать прогрессивный характер движения.

Спрут выполняет важную защитную функцию - оберегает от разрушительной агрессии. Пример мамы показывает, что неконтролируемая агрессия может быть смертельной. Удержание энергии в бессознательном является способом защититы близких от своей убийственной агрессии.

Однажды она пришла и рассказала о том, что у Сергея неприятности. Она несколько дней пыталась позвонить ему, но не могла решиться. На сессии мы говорили о ее чувствах к Сергею, о ее страхах и надеждах. На следующий раз она пришла очень успокоенной: она позвонила, и они встретились. Для нее было важно убедиться в его прежнем дружеском отношении: что оно было и осталось, и она может обращаться к этому, когда ей будет нужно. Мама была недовольна их встречей, но Сашина реакция на это была несколько новой: "Я уже не думаю как раньше, что она права, а я нет".

Это был ее первый поступок после болезненной "спячки" и для меня это означало окончание первого этапа терапии.

Второй этап терапии. Ноябрь 1996 - июнь 1997 (22 - 87 сессии).

Основной темой на втором этапе работы были отношения с матерью. Эта тема определяла и характер трансферентных отношений в терапии.
Стало очевидным, что основным препятствием при возможном разводе станет именно мать, необходимость возвращаться к ней.
Обсуждается наиболее болезненная часть их отношений - стремление матери избегать или насильственно переделывать все то, что ей не нравится в дочери. Саша осознает, что у мамы есть свое представление о ней, очень далекое от реальности, и мама пытается сохранить его, не воспринимая или вытесняя действительность. В итоге Саша ощущает свою жизнь как фальшивую: "Я живу как на нелегальном положении. Все настоящее - украдкой".

Но это понимание очень тяжело дается Саше, и прежняя точка зрения, что мама лучше знает, что Саше нужно, время от времени берет вверх: "Возможно, она права, и такая какая я есть, я не вписываюсь в общество. Я все еще не взрослая".
Внутренний конфликт начинает отражаться в терапии развитием трансферентного сопротивления:

(1) Она стабильно опаздывает на 20-30 минут, и мои попытки говорить об этом приводят к тому, что оставшееся время сессии уходит на ее объяснения, почему она опоздала. Когда я поднимаю вопрос о том, что в терапии заставляет ее опаздывать, она сознательно не находит здесь для себя ничего неприятного, но однажды сравнивает нашу работу с кабинетом зубного врача, а в другой раз объясняет, что ей тяжело так много говорить, она от этого отвыкла. В целом, смысл ее ответов сводится к посланию: "вы не виноваты", но она так или иначе сообщает мне о той тяжести переживаний, которую ей трудно нести сейчас.

(2) Каждый раз она начинает сессию со слов: "Я думала про прошлый раз, и я не согласна с тем, о чем вы говорили...". Несогласие выражается по поводу любых моих интерпретаций, но поскольку чаще всего речь идет о маме, то общий смысл ее несогласия: "вы не праавы, мама не виновата". Похоже, что в переносе она отыгрывала свое бессознательное негативное отношение к матери, которое сознательно подавляла.

Когда я просто подчеркивала своими фразами ее же мысли, она воспринимала это как мое обвинение кого-либо. В этой связи мне вспоминался первый сон про поиск преступника умершей девушки. Меня мучило ощущение, что возможно я давлю на нее, а она изо всех сил пытается удержать что-то, с чем еще не готова расстаться.

Она парализовала меня своими реакциями. Все, что бы я ни сделала, было плохо. Я чувствовала себя как плохая мать, которая вытаскивает ее в холодную жизнь из-под теплого одеяла. И я не знала, какой вклад в эту ситуацию делаю я, а какой - она. Если рассматривать это только как перенос, экстериоризацию ее внутреннего конфликта, то основная стратегия - ожидание. Ей надо дать время поболеть и выйти из-под одеяла тогда, когда она этого захочет, когда она перестанет мерзнуть. Но если дело во мне, значит ли это, что вытаскивая ее из-под одеяла, я сажаю ее на грелку вместо того, чтобы обнимать? Я решила не рассматривать эти версии как альтернативные и идти не по пути "или-или", а "и так-и так".

Я попыталась заглянуть в себя - что не так в моем отношении к Саше? Она всегда вызывала у меня сочувствие, но в этот период мне было очень тяжело с ней. Я чувствовала раздражение на нее за то, что она уничтожает мою помощь, и я испытывала некоторое презрение к ее цеплянию за мать. Пожалуй, это могло читаться ею как принижение ее, в то время как она больше всего нуждалась в уважении с моей стороны, в признании ее силы и способности справиться с ситуацией. В разыгрываемом внутреннем конфликте я как бы идентифицировалась с негативным образом матери.

Я подняла тему переноса, поскольку она говорила, что боится моего осуждения, того, что я подумаю про нее, будто она хочет произвести на меня впечатление своими несчастьями. За этими опасениями отчетливо стоял образ мамы, и она соглашалась с этим. Более того, перенос возникал не только на меня, но и на научного руководителя, которого она боялась обременять своими вопросами и ожидала от него гнева.

Началась работы по укреплению ее идентификации с корнями, с бабушками и дедушками. Мы строили генограмму, и она с увлечением рассказывала о своих предках. Основное чувство, испытываемое ею при погружении в этот материал - это гордость. Для нее было важно, что судьбы ее предков переплетены с историей страны, что они участвовали в этой истории и создавали ее.

Особое отношение вызывала бабушка по материнской линии. Она описывается как сказочный персонаж, который воплощал в себе недостающее материнское отношение: она читала сказки, пела колыбельные песенки, кормила с ложечки.
По мере проработки материнской темы в бессознательном материале стали возникать мужские персонажи.

Фрагмент сессии

Саша (С): Я сегодня без сил, как аморфная амеба.
Я: Расскажите про эту амебу.
С: Она лежит и не может пошевелиться, потому что у нее исчезли все силы и она высохла.
Я: Силы ушли, а что осталось?
С: Желание отдохнуть и надежда, что будет время, когда ее никто не будет тревожить. Она отдохнет и станет нормальной.
Я: А куда делись ее силы?
С: Их кто-то высосал. Не со зла, просто шел мимо с аппаратиком и захотел его испытать. Аппаратик похож на трубочку, высасывает силы. Они ему зачем-то были нужны, а про амебу он просто не подумал - живая она или мертвая, он не видел в своем поступке ничего дурного.
Я: Что это за существо?
С: Мужчина. Женщина более внимательна, чувствительна к другим.
Я: И не было никого вокруг, кто бы мог вмешаться?
С: Были, но очень далеко или очень быстро куда-то шли мимо.
Я: Что будет теперь с амебой?
С: Ей нужно подождать, пока у нее появятся новые собственные силы.
Чувства, ассоциации и анализ материала

На меня эта история произвела тяжелое впечатление - как страшная сказка с неубедительным концом. Амеба так и остается беззащитной от власти тех, кто ходит с трубочками. История не завершена, потому что никто ничего не меняет в своем поведении, а Саша опять сообщает мне: "никто не виноват".

Образ амебы отражает важные характеристики актуального состояния клиентки: Амеба - простейшее существо, жизнедеятельность которого очень зависит от внешних условий: тепла, света, химического состава среды. Амеба живет в водной среде, имеет тонкие, проникающие стенки - образ точно отражает недифференцированность из бессознательного, слабые границы Эго. Как строится взаимодействие со средой: амеба обладает раздражимостью, с неблагоприятными условиями справляется избеганием. Двигается очень медленно, посредством перетеканием тела.

И амеба, и человек с трубочкой обладают характеристиками спрута: амеба и спрут имеют определенное сходство в строении тела, спрут и человек с трубочкой высасывают энергию. По энергетической заряженности спрут противостоит амебе как ее Тень. Человек с трубочкой тоже теневой персонаж, и в движени